Давным-давно – с десяток тысяч лет, А может быть и больше - я не знаю
Живёт у человека самоед – Пушистый, белый пёс с улыбкой мая!
Он знает всё о жизни наперёд, Уверен он, что нужен человеку:
Что тот без самоеда – пропадёт, Состарится от скуки раньше века.
Из гимна самоедов (Сергей Костомаров)      

Меню

 

Щенки

 

Новости сайта

  • 10.08.2013
    Открыт заново раздел коммерческий объявлений о продаже щенков на форуме. Читайте правила нового старого раздела
  • 03.03.2012
    Добавлены всепородные выставки 2011 и 2012 года
  • 02.03.2012
    Форум обновлен до версии 3.0.

Конкурс

На данный момент лидером остается рассказ Нордюнчика.
... первые метры он прошел достаточно спокойно, ничего не подозревая... потом остановился, понюхал воздух.... и натурально СБРЕНДИЛ. я такого еще не видел. он ... Читать полностью
 

GISMETEO.RU: погода в г. Москва
 

Манфред Кох-Костерзиц, 400 советов любителю собак


Глава 21

ПРИНЦИПЫ ВОСПИТАНИЯ

238. Все воспитание должно строиться на добром отношении и любви к животному.
Животное отлично чувствует, что преобладает в отношении к нему человека: лишь холодный расчет,

жесткая воля и безжалостная строгость или теплота и понимание. Взаимоотношения между служителями зоопарков и содержащимися в них дикими животными подтверждают это многими примерами. Сказанное в равной мере относится и к нашей собаке.

239. Воспитание собаки начинается с того дня, когда она вошла в наш дом.
Чем моложе собака, тем легче и быстрее она подчинится нашей воле (17). Нередкие протесты членов семьи, пусть, мол, милый щен сперва наберется ума, а уж потом мы будем докучать ему нашими похвалами и упреками, берут свое начало в педагогическом невежестве и незнании природы животного. Не зря говорят: «Чему с молоду не научишься...»

240. Мы не вправе ожидать от нашей собаки соблюдения нравственных норм.
У собаки нет честолюбия, чувства долга и ответственности. Ей чужды понятия «любовь к ближнему» и «благодарность». Она знает только свою выгоду, когда-то проголосовавшую за совместную жизнь с человеком. Это обстоятельство

мы должны всячески использовать в нашей воспитательной работе. Кто требует от своей собаки понимания нравственных основ, тот очеловечивает животное и его впоследствии неизбежно ждут грубые педагогические ошибки.

241. При воспитании собаки нельзя переносить на нее человеческую логику.
Собака не умеет размышлять по-нашему, делать выводы и строить планы на будущее. Она действует инстинктивно и рефлекторно. Чем глубже мы вникнем в «собачью логику», тем легче нам будет ее воспитывать.

242. Наивно полагать, чтобы собака могла приобретенный в определенной ситуации опыт перенести на другую ситуацию.
Собака не может думать и поступать как человек, она не строит умозаключений, а причинные связи понимает лишь в той степени, в какой они касаются усвоенного ею предмета.

243. При воспитании собак мы должны учитывать индивидуальные особенности каждой.
У разных собак разные способности. Бывают собаки сильного
и слабого типов (245).

Некоторые из них позволяют чужим людям приманить себя и к каждому относятся доверчиво, другие признают только своего хозяина как вожака стаи, а со всеми остальными ведут себя недружелюбно. Мы обязаны принимать во внимание эти различия.

244. Воспитывая собаку, мы никогда не должны забывать, что предъявляемые к ней требования будут на первых порах для нее чужды и непонятны.
Соблюдение чистоты, посадка и укладка, подход и хождение рядом, как и многие другие нужные нам навыки, коренятся в инстинктах или обычаях собачьей стаи, однако они потребуются нам совсем в другом контексте, чем изначальный.

245. При воспитании собаки нужно считаться с тем, к какому конституциональному типу она принадлежит — крепкому (сильному) или слабому (нежному).
Смелость, желание защитить своего хозяина, выносливость, готовность к нападению и обороне, быстрота реакции являются качествами собаки сильного типа. Характер у нее круче, она энергичнее и упрямее, чем представители второго типа, но нам она будет платить привязанностью и преданностью. Напротив, собаку слабого типа нередко воспитать бывает легче, зато потом она чаще всего доставит нам больше разочарований, чем радости, разве что мы удовлетворимся ею в качестве комнатной, «диванной» собаки. Естественно, между обоими конституциональными типами существует много промежуточных.

246. Прежде чем принимать какие-то воспитательные меры, мы обязаны ясно представлять себе, чего мы хотим достичь.
Наши действия должны быть продуманы и доведены до конца. Нив коем случае нельзя бросать на полпути начатое или круто менять что-то на ходу в угоду заупрямившейся собаке. Если ее наставник начнет экспериментировать, собака тотчас это почувствует и попробует воспользоваться нашей слабостью. Точно так же мы не вправе требовать от собаки больше того, на что она способна.

247. На успехи в воспитании можно надеяться только в том случае, если наша собака знает: то, что мы от нее требуем, приятно и выгодно, то, что мы ей запрещаем, невыгодно и неприятно.
Конечно, собака не предается размышлениям о пользе и вреде, однако при достаточном повторении ситуации она улавливает причинную связь между поступком и его последствиями. Мы должны извлечь из этого максимальную выгоду.

248. Вся дрессировка должна быть построена на контрастном методе — противопоставлении наказания (болевое ощущение) и поощрения (похвала, дача лакомства).
В основе его лежит понимание нашей собакой причинной связи между поступком и наказанием или, наоборот, поощрением. Наказание не должно исходить непосредственно от хозяина — вожака стаи. Поэтому нам следует как можно чаще пользоваться метательной цепочкой (306) или рогаткой (307). Собака будет думать примерно так: «Этот поступок повлек за собой строгий оклик «Фу!» и причинил мне боль. Значит — лапы прочь! Но если я подойду к хозяину, он меня погладит, похвалит, а может быть, даже даст кусочек лакомства».

249. Воспитание собаки — это непрерывный, изо дня в день повторяющийся труд.
Врожденные рефлексы и инстинкты хотя и можно изменить или подавить с помощью воспитания и дрессировки, однако никогда не удастся вырвать с корнем. При каждом случае рецидива мы должны возобновить процесс воспитания и энергично заняться повторением. Исключением из общего правила является только период полового возбуждения. Инстинкт сохранения вида не считается ни

с чем, бесполезно пытаться подавить его даже мерами наказания (209).

250. Характер воспитательных мер, число повторений и сила их воздействия зависят от умственных способностей нашей собаки.
Путем бесчисленных научно построенных опытов были выявлены различия в уровне умственных способностей собак. Бывают очень умные, но и очень глупые собаки, а между ними многочисленные переходные типы. Чем умнее собака, тем быстрее она поймет и прочнее усвоит наши команды, тем четче их будет выполнять, тем, однако, изворотливее окажется она в стремлении время от времени поступать по-своему. Выражений «рассудок» и «сообразительность» нам лучше вообще избегать при оценке собаки.

251. И в воспитании, и в дрессировке нам никогда не должно изменять чувство меры.
Мы можем с нашей собакой заниматься ежедневно, но каждое отдельное упражнение никогда не должно длиться более 15 минут.

При предъявлении к собаке чрезмерных требований она быстро устает и работает без охоты. Очень рекомендуется менять упражнения и делать между ними продолжительные паузы. Однако ни в коем случае нельзя идти на поводу у собаки и прекращать, если она заупрямилась, упражнение, не добившись его исполнения. Хозяин должен всегда оставаться победителем, в противном случае его репутация вожака стаи будет сильно подорвана (254).

252. Присущая собаке от природы готовность подчиняться самой сильной особи в стае есть тот фундамент, на котором зиждется наше положение воспитателя.
Если роль сильнейшего, роль вожака была взята нами на себя осознанно и продуманно, то почти любая собака покорится нашей воле, будет подчиняться нашим командам. Бывает, собака восстает против хозяина и пытается сама стать лидером. Причина этого в нас самих, так как мы были недостаточно решительны и последовательны в наших стараниях утвердить себя в качестве сильнейшего (254). Правда, попадаются, как редкое исключение, собаки, которые никому не хотят подчиняться, а любыми способами пытаются сами занять место вожака стаи. В таком случае нам не остается ничего другого, как расстаться с собакой

253. Воспитание должно осуществляться главой семьи — вожаком стаи.
Он хвалит, он и наказывает. Хозяин должен быть для собаки существом высшего порядка, которому позволено делать с ней все и которому она безоговорочно предана. Такое достигается только тогда, когда сам воспитываешь собаку. Если в воспитании собаки принимают участие другие, обычно это члены семьи, то возникает

опасность никогда не быть признанным за вожака, а считаться просто одним из рядовых членов стаи. Конечно, собака обязана слушаться всех членов семьи, а не только ее главу.

254 Если мы не будем постоянно и настойчиво утверждать свое положение «человека-вожака», то оно очень скоро пошатнется.
Так же как вожак волчьей стаи, владелец собаки изо дня в день должен доказывать ей, что главным в стае, ее вожаком, является он. Каждая проба сил должна завершаться в нашу пользу, до тех пор пока они не прекратятся. Если мы хоть однажды, а тем более несколько раз, уступим победу собаке, наше положение вожака окажется весьма шатким, а то и просто утраченным. Собаки с сильным характером (крепкого типа, 245) после этого вообще перестают слушаться (284).

255. Собака быстрее признает в нас хозяина, то есть вожака стаи, если мы будем ее постоянно, по возможности даже ночью, держать возле себя, сами ее кормить и воспитывать, играть с нею.
Когда отношения между воспитателем, играющим роль вожака, и собакой обретут устойчивые формы, тогда эти требования смогут утратить свою обязательность.

256. Если хозяин — вожак стаи ляжет на землю, тем самым он произведет, особенно на молодых собак, необыкновенное впечатление.
Поза лежащего на земле человека побуждает любую собаку подойти к нему и приласкаться или поиграть с ним. Это мы можем использовать при воспитании.

257. При многочисленных способах воздействия на животное мера принуждения должна по возможности реже осуществляться непосредственно хозяином, наоборот, он должен излучать преимущественно любовь, доброту и держать наготове лакомый кусочек.
Для опосредствованного влияния у нас есть много вспомогательных средств: длинный поводок (305), чье действие щенок или молодая собака чаще всего не связывают с хозяином, метательная цепочка (306) и рогатка (307). Помощник дрессировщика, которому собака должна доверять и быть к нему привязана, будет потом незаменим в качестве «второго хозяина» для некоторых специальных видов подготовки. Похвала, нередко следующая непосредственно за наказанием, должна всегда исходить только от хозяина.

258. Во время занятий с собакой мы по возможности должны быть с ней одни.
Даже домочадцы в большинстве случаев мешают, так как имеют обыкновение время от времени вмешиваться. Особенно досадно присутствие посторонних лиц, которые любят вносить полные благих намерений рационализаторские предложения. Выразив им свою благодарность, мы берем собаку на поводок и отправляемся подальше на поиски тихого местечка.

259. Для занятий с собакой мы должны на первых порах выбирать укромные, удаленные тихие места.
Внимание собаки должно быть целиком сосредоточено на хозяине, его словах и действиях. Уличный транспорт, шум, посторонние люди, другие собаки отвлекают нашу собаку и мешают занятиям.

260. После того как наша собака, усвоит в спокойном и уединенном месте нужный навык, мы переносим занятия по его закреплению и совершенствованию туда, где царят обычные шум и суета.
Наши команды собака обязана выполнять в любом месте и в любой обстановке. Она не имеет права отвлекаться на других людей и животных, на транспортные средства и посторонние звуки, она должна постоянно ощущать на себе нашу волю.

261. Наша собака должна полностью доверять нашим рукам. Она должна знать, что от них исходят только любовь и ласка, а если потребуется, и помощь.
Наносить собаке удары рукой, дергать за уши или, схватившись за строгий ошейник, делать болезненный рывок—значит совершать в любом из этих случаев грубую педагогическую ошибку (293). Так же неверно поднимать собаку рукой за шиворот. Как правило, таким образом мы причиним ей боль

и может статься, что из-за этого она будет потом бояться наших рук (262). Для того чтобы поднять собаку, мы должны пользоваться обеими руками. Левой рукой поддерживаем снизу переднюю часть груди, а правой обхватываем зад. Поднимая щенят или маленьких собак, подсовываем снизу обе руки (273).

262. Если собака от рождения боится рук — обычно такая собака относится к слабому типу (245), — мы должны попытаться укрепить ее доверие к человеку.
Силовое давление и побои вызывают, особенно у злых собак, прямо противоположное. Первое правило: никогда не ловить собаку и не пытаться приблизиться к ней. Забыть про строгий ошейник и дрессировочный поводок. Подманив к себе собаку, мы протягиваем ей кусочек лакомства и оглаживаем грудь и шею (но только снизу: класть руку на холку — значит имитировать хватку победителя!); ласково разговаривая с ней, мы осторожно подтягиваем ее за короткий поводок, причем сами нагибаемся пониже или даже ложимся на землю. Второе правило: никаких грубых команд и внезапных попыток схватить собаку руками. Если мы увидим, что она, стоя возле нас, доверчиво виляет хвостом, мы сможем ее придержать, но при малейшем проявлении с ее стороны испуга тотчас же снова предоставляем нашей собаке свободу, а потом повторно попробуем ее ласково подманить.

263. На каждом занятии на собаке должен быть по крайней мере обычный ошейник (70), а еще лучше—затягивающийся (303), во многих же случаях нам не обойтись без строгого ошейника (304). Держать ее нужно на коротком или длинном поводке.
Ошейник и поводок гарантируют нам власть над собакой и лишат ее возможности удрать, если наши действия или намерения окажутся ей не по нраву. Если мы будем хватать собаку за шерсть, она почти наверняка станет бояться наших рук, и мы никогда не сумеем ее воспитать (261).

264. Строгие ошейники (304) используются только при дрессировке собак крупных и средних пород.
Они преимущественно предназначены для охотничьих, караульных и других рабочих собак. Однако, если кто-то захочет, к примеру, хорошо воспитать своего средних размеров терьера или бульдога, что пойдет им только на пользу, хотя ни тому, ни другому никогда не придется выполнять обязанности рабочих собак, тот может воспользоваться этими ошейниками. Чтобы применить их к комнатно-декоративным собакам, об этом и речи быть не может. Для их воспитания в крайнем случае можно попробовать затягивающийся мягкий ошейник (303).

265. В движении и на месте мы всегда держим собаку у своей левой ноги.
Это общее для всех правило утвердилось впервые в немецкой полиции в самом начале двадцатого столетия, и смысл его состоит в том, чтобы оставить правую руку для пользования оружием.

266. Каждое наше действие, с помощью которого мы собираемся достичь цели обучения, и любая сопровождающая его команда должны всегда повторяться в неизменной форме и последовательности.
Собака не умеет мыслить логически и делать умозрительные выводы из своих поступков. Но она

быстро разберется в том, что ей выгодно, а что нет, как только научится понимать наши команды голосом (268) и жестом (271).

267. Для успешного воспитания собаки абсолютно необходимо, чтобы она понимала нас, а мы понимали ее.
Для этого не нужен словарь! Если мы будем придерживаться известных правил (268, 269), то любая собака усвоит, одна легко, другая с трудом, большее или меньшее количество оборотов нашей речи. Обратное, пожалуй, сложнее. Мы должны научиться понимать язык собаки — лай, скуление, рычание, визг и вой. Каждый из этих звуков реализуется в своих многочисленных вариациях, и, кроме того, они часто могут самым неожиданным образом обрываться или сменять друг друга. Так собака дает нам знать о своих желаниях и намерениях (200).

268. Для одной и той же команды мы всегда должны употреблять одно и то же слово (или сочетание слов).
Слова команд должны быть короткими и исключать всякую возможность путаницы. Чем отчетливее и увереннее мы произносим эти слова, тем быстрее усваивает их наша собака. Уже в интонации голоса она должна слышать, идет ли речь о команде, побуждающей к действию, или о запрещающей команде. Эти всегда одинаково повторяющиеся слова называют звуковыми сигналами.

269. Собака гораздо легче усваивает глаголы, чем имена существительные.
С одним глаголом, например: «подойди», «принеси», «возьми», «ищи», «ешь»,— всегда связано одно известное собаке действие. Имена существительные, например: диван, кровать, стул, дверь, сад, кость, — обозначают вещи, смысл которых собака никогда не сможет постичь. Предполагают, что с каждым произнесенным нами существительным она ассоциирует понятие действия.

270. У нашей собаки есть свой «язык жестов».
С помощью этого языка собака может передать свое душевное, состояние от готовности подчиниться до желания напасть (206), для чего в ее распоряжении имеется целая шкала движений и положений тела или отдельных его частей. Мы должны внимательно наблюдать за собакой, чтобы всегда заранее знать, что она сейчас намерена сделать. Многие позы и движения нам понятны уже с первого взгляда: собака царапается в дверь, тычется носом в руку или в колено, и то и другое означает, что она хочет на улицу. Или собака гоняет носом пустую миску для воды, прыгает вокруг нас, когда мы надеваем пальто, или начинает беситься, если из шкафа достали рюкзак. Это всего лишь несколько примеров.

271. Каждый звуковой сигнал (команда голосом, 268) должен быть подтвержден или усилен зрительным сигналом (командой жестом).
Собака не понимает нашего языка. По этой причине мы «разъясняем» наши слова смысловыми жестами (199). Даже едва заметный зрительный сигнал наша собака тут же истолковывает правильно. Одни и те же команды жестом должны подаваться всегда одинаково.

272. Запрещающая команда «Фу» должна восприниматься нашей собакой как слово, которому сопутствует наказание.
Кто знает свою собаку, тот уже по ее поведению определит, намерена ли она сделать что-то недозволенное. Рычание, вибрация или натягивание поводка — только грубые свидетельства этого. По команде «Фу» собака должна

немедленно отказаться от любого нежелательного для нас поступка. Обычно, чтобы этого достичь, собака вначале должна, услышав команду «Фу», одновременно ощутить рывок строгого ошейника, чтобы у нее возникла устойчивая связь между запрещающей командой и болевым ощущением.

273. Приучая щенка или молодую собаку к возвращению на место, мы можем, чтобы как следует втолковать им, чего же мы добиваемся, взять их на руки и отнести туда, куда отсылали.
Одним разом тут, конечно, не обойтись, упражнение придется повторять неоднократно. Для того чтобы перенести щенка, надо взять его правильно: одной рукой поддерживаем его под заднюю часть, а другой берем снизу под грудку, чтобы эта рука оказалась между передними конечностями животного. Нельзя переносить собак за шиворот.

274. При дрессировке средних и крупных собак нам может очень помочь велосипед.
С помощью продолжительной велосипедной прогулки мы сможем достаточно утомить собаку, чтобы она потом легче подчинялась нашим командам. Кроме того, такие пробежки за велосипедом полезны для здоровья нашей собаки. Она должна бежать рядом с велосипедом справа (слева — обгон!) и быть на поводке. Ни в коем случае нельзя привязывать поводок к велосипеду, его надо держать в руке ненатянутым. К тренировке приступаем на пустынной дороге, причем вначале ведем велосипед за руль, потом садимся и едем медленно, лишь понемногу набирая скорость и следя за тем, чтобы собака могла держаться рядом без особых усилий. Собака обязана соблюдать между собой и велосипедом необходимый интервал, а поводок должен свободно провисать. После успешной тренировки мы можем позволить нашей собаке бежать возле велосипеда без поводка.

275. Противодействие со стороны собаки нашим методам воспитания нельзя оценивать с человеческой точки зрения (241).
Собака не бывает ни «подлой» или «коварной», ни «упрямой» или «капризной». Ей не ведома разница между «хорошо» и «плохо» (198). Поступки нашей собаки часто оказываются проявлением древних стайных инстинктов, унаследованных ею от далеких предков. Знание истоков поведения нашей собаки очень пригодится нам при ее воспитании.

276. Занимаясь с собакой, мы обязаны скрывать от нее наши досаду и гнев, дурное настроение и нетерпеливость.
Большинство людей склонны под влиянием внешних факторов легко поддаваться настроению. И очень грубой ошибкой было бы срывать на собственной собаке свое дурное расположение духа, которое та отлично чувствует, но причин которого не понимает. Главные качества воспитателя — уравновешенность и терпение. Если мы чем-то рассержены или раздражены, нам лучше на время оставить собаку в покое и подождать, пока иссякнет наша злость.

277. Громкая брань и крики — негодная мера воспитания.
Они действуют на собаку, как подействовал бы на нас заводской гудок на расстоянии метра от нашего уха, ведь собака слышит в 16 раз лучше, чем мы (201). Чаще всего мы ругаемся и кричим, выражая тем самым свое плохое настроение (276), и только мешаем правильному воспитанию собаки.

278. Глупо и бессмысленно обижаться на собаку, если она нас не слушается.
Дуться — чисто человеческое свойство, которое собаке никогда не уразуметь. Связь между явлениями понятна ей только тогда, когда причина и следствие идут во времени непосредственно друг за другом, когда эта связь очевидна и не может быть истолкована двояко. Животное реагирует на происходящее очень быстро, человек чаще всего очень медленно.

279. Подманить к себе собаку хитростью, чтобы тут же ее наказать, — очень грубая ошибка.
Результатом может стать утрата доверия и расположения со стороны собаки, восстановить которые часто оказывается очень нелегко. Если наша собака спряталась, например, в недоступном для нас месте под диваном, мы можем выманить ее оттуда по-доброму, кусочком лакомства, огладить, а потом

взять на поводок и вместе с ней покинуть комнату. Если собака снова продолжает залезать под диван, нужно поставить туда настороженную мышеловку. Получив удар по носу, она станет это место тщательно избегать.

280. Нельзя наказывать собаку за то, что она вывалялась в падали, фекалиях и тому подобном.
Потребность вываляться в такой «парфюмерии» — это древний инстинкт, и нам ее от этого не отучить. Вероятно, предок собаки таким образом пытался забить запах собственного тела, чтобы потом успешнее преследовать добычу. Места, где наша собака, мы знаем, любит поваляться, по возможности нужно обходить стороной. Если неприятность все-таки приключилась, собаку нужно вымыть (146).

281. Если наша собака ввязалась в драку с другой собакой, мы должны немедленно и решительным образом вмешаться.
Ни в коем случае нельзя хватать собаку за холку или ошейник. Слишком велика опасность оказаться покусанным как чужой, так и своей собакой, потому что в пылу драки они обе хватают зубами все без разбора. Надо, чтобы владельцы схватили каждый свою собаку за хвост или задние конечности и, приподняв, растащили драчунов. Удары палкой и пинки лишь увеличивают ярость битвы, производя таким образом обратный нашим намерениям эффект. Каждый раз, вмешиваясь в драку собак, мы обязаны помнить о том, что приближение хозяина, то есть вожака

стаи, вызывает у нашей собаки резкий прилив отваги.

282. Кто натравливает свою собаку на человека, тот совершает противозаконный поступок.
Уже сама подача команды «Фас» является наказуемым деянием, вне зависимости от того, кинулась ли собака в погоню или нет. Только в крайнем случае необходимой обороны, когда у нас нет иных средств защитить себя от нападения, мы имеем право натравить свою собаку на злоумышленника.

283. Кто свою собаку натравливает на кошку, тот должен иметь в виду, что ему придется отвечать за причиненный ущерб или за нарушение закона о защите животных.
Мы немало наслышаны о том, как прекрасно уживаются собака с кошкой. Однако в жизни это выглядит чаще всего иначе. Взаимные отношения зачастую определяются уже при первой встрече, когда кошка с большой охотой открывает враждебные действия ударом своей когтистой лапы. Несправедливо всю вину сваливать на собаку, только за то, что кошка всегда удирает, а собака выступает в роли преследующего добычу хищника. Как бы там ни было, но ради сохранения мира с соседями мы не должны при подобных конфликтах принимать сторону своей собаки. И пускай мы не ждем от охотничьей собаки дружбы с кошкой, но мы вправе потребовать от нее такой степени послушания, чтобы она по нашей команде оставляла мурку в покое.

284. Если собака, злобно скаля зубы, надвигается на своего хозяина, это свидетельствует о том, что при первом настоящем конфликте он как воспитатель потерпел поражение (254).
Пытаясь впервые серьезно наказать собаку, он вел себя не так, как должен вести утверждающий свою неограниченную власть вожак, которому дозволено все, и победа осталась за непокорной собакой. Роли переменились, и теперь она пользуется этим. Однако все-таки еще остается надежда с помощью строгого ошейника, длинного поводка и, если потребуется, намордника снова сделать такую собаку послушной и вернуть себе власть вожака стаи при условии, что впредь мы сумеем решительно пресекать каждую попытку неповиновения и найдем правильное соотношение жесткого наказания и разумного поощрения. Если это

не получится, собаку придется отдать, что убережет нас от скандалов и расходов.

285. Более взрослую невоспитанную или, хуже того, испорченную неправильным воспитанием собаку мы сможем правильно воспитать, только принудив ее самыми строгими мерами к повиновению.
Надев на собаку ошейник-удавку, а если этого окажется недостаточно, то и строгий ошейник, мы берем ее на длинный поводок. Если собака не подходит к нам по команде или по свистку, мы делаем сильный рывок поводком и одновременно отбегаем на несколько шагов назад, что заставит собаку последовать за нами. Как только она окажется возле нас, ее следует похвалить и дать ей кусочек лакомства. Упражнение повторяется до тех пор, пока собака не станет слушаться нас без дополнительного механического воздействия.

Копировать материал можно только с разрешения авторов сайта http://sammy.ru
 
Copyright 2005-2007, Адрес защищен, включите Яву . Все материалы - собственность владельцев сайта, если не указано иное.